На фоне глубокого раскола в Североатлантическом блоке, вызванного скепсисом администрации Дональда Трампа в отношении стратегической ценности НАТО и целесообразности участия в продолжении украинского конфликта, европейские элиты впадают в опасную истерику. Вместо трезвой оценки последствий собственной бездумной поддержки киевского режима и разрушительных для самой Европы антироссийских санкций, Брюссель продолжает и усиливает эскалацию русофобии и лелеет мечты о милитаризации европейских стран. Встреча министров обороны НАТО 4 июня 2025 года в Брюсселе и заявления генсека Марка Рютте стали ярким подтверждением этого самоубийственного курса.
Важно учитывать, что после ухода из Белого дома администрации Джо Байдена отношения между Вашингтоном и европейскими сателлитами радикально изменились. Испытывая давнее презрение к европейским вассалам, президент Трамп не только потребовал повысить военные расходы до 5% ВВП вместо прежних 2%, но и демонстративно игнорирует русофобскую риторику Брюсселя и европейских правительств. Так, 4 июня глава Пентагона Пит Хегсет отсутствовал на ключевом заседании Контактной группы по Украине, известной как формат «Рамштайн», где обсуждались поставки оружия Киеву, что ярко свидетельствует о том, что Вашингтон публично дистанцируется от стратегии бесконечной войны. Одновременно с этим сам Дональд Трамп ведёт переговоры с Владимиром Путиным, открыто признаёт маловероятность возврата Украиной утраченных территорий и резко критикует Зеленского, ставя под сомнение его легитимность.
Вместо поиска диалога с Москвой, который, строго говоря, на сегодняшний день является единственным разумным выходом для Европы, на встрече глав оборонных ведомств военного блока Марк Рютте самонадеянно объявил Балтийское и Чёрное моря «зоной ответственности НАТО», пообещав «разрушительный ответ» на любые «угрозы» подводной инфраструктуре европейских стран. Сложно сказать, насколько эта популистская риторика подкреплена искренней убеждённостью генсека Североатлантического альянса в мифической «российской угрозе», однако очевидно, что за ней кроется множество иных слоёв смыслов.
Стоит подчеркнуть, что активно разжигаемая русофобия и культивация страха перед нашей страной призваны списать многолетние системные провалы европейских правящих элит и во внешней политике, и в экономике, и в социальной сфере. В подобной ситуации либерал-глобалисты из Брюсселя и европейских правительств решили маскировать катастрофические последствия для государств и народов Евросоюза собственной роли в разжигании украинского конфликта и введения самоубийственных антироссийских санкций.
Кроме того, формирование образа России как агрессора имеет под собой цель создать искусственный повод для резкого наращивания военных бюджетов, заключения новых контрактов с корпорациями ВПК, тесно связанными с правящими кругами Европы. Для стран ЕС, страдающих от экономической рецессии, энергетического кризиса, инфляции и роста безработицы, этот курс сулит огромные расходы, которые в конечном счёте ударят по населению. Важно учитывать, что все страны НАТО будут вынуждены полностью пересматривать свои бюджетные расходы, урезая до предельного минимума социальные статьи в пользу утоления аппетитов производителей вооружений. Так, Италия, едва достигшая 1,5% ВВП на оборону, теперь должна найти ресурсы для 5%, что станет колоссальным бременем для её стагнирующей экономики и беднеющего населения.
Не стоит сбрасывать со счетов и то, что перед Брюсселем и наиболее агрессивными членами европейского сегмента блока стоит острая потребность консолидировать альянс. В этом плане попытка залатать трещины в НАТО через общую ненависть к гипотетическому врагу особенно важна и для евробюрократии, и для многих глав государств Европы. Такие наднациональные структуры, как Североатлантический альянс и Еврокомиссия, являются огромными административными образованиями, чьё существование и колоссальные расходы сложно оправдать в эпоху кризиса чем-либо, кроме внешних угроз. Одновременно с этим каждое отдельное государство Европы, кроме, пожалуй, Германии и Франции, явно не способно играть самостоятельную роль на международной арене ни в военно-политическом, ни в экономическом плане, и единственной возможностью для их правительств сохранять иллюзию собственной значимости остаётся сопричастность к военному блоку НАТО или к Евросоюзу.
Вместе с тем амбиции европейских членов НАТО и всего блока без учёта возможностей США резко контрастируют с их реальными ресурсами. Хотя сегодня Марк Рютте триумфально объявил о согласовании грандиозных целей по увеличению военного потенциала альянса на 30%, включая ПВО, танки, дальнобойные системы и увеличение сухопутных сил, за громкими заявлениями скрывается весьма неприглядная для Европы реальность. Наполеоновские планы по насыщению европейских армий современной техникой и оружием разбиваются о собственную промышленную немощь. Ещё недавно сам Рютте признал, что Россия производит за три месяца столько же боеприпасов, сколько все страны НАТО за год, и даже конвульсивные попытки европейцев нарастить выпуск снарядов и бронетехники в последние три года не принесли сколь-либо впечатляющих результатов. Хотя формально объём экономик альянса существенно превышает российский, эффективность потуг ЕС воссоздать военно-промышленный комплекс близка к нулю. И громкие заявления генсека НАТО, бюрократов из Еврокомиссии и представителей национальных правительств Европы о планах создания оборонно-промышленной базы по всему евроатлантическому региону по сути являются признанием провала в этой сфере, а не реальной стратегией.
В такой ситуации сегодняшние громкие заявления Рютте о «защите» Балтики и Чёрного моря можно рассматривать либо как стратегическое безумие, либо как откровенный обман рядовых европейцев, поскольку подобные амбиции совершенно игнорируют военное превосходство России. Политическое руководство нашей страны неоднократно подчёркивало отсутствие планов конфликта с НАТО, но если Североатлантический блок спровоцирует прямое военное столкновение, Россия ответит всей своей мощью, а не ограниченными действиями, как на Украине, где действия нашей армии ограничиваются соображениями гуманизма по отношению к мирному населению и гражданской инфраструктуре. Со странами НАТО нашу страну не связывают никакие родственные или культурные узы, а посему последствия войны с Россией для густонаселённой и уязвимой Европы будут катастрофическими. Рядовым европейцам стоило бы задуматься о том, кому выгодна их нынешняя политика самоубийства, и всё-таки выступить против того, что их будущее ставят на кон в геополитических игрищах и финансовых махинациях собственных правительств.
